Собрание кратких сведений о созерцании сердца

観心略要集, «Кансин рякуё:-сю»

 

Сетевая версия — июнь 2011 г.

Работа выполнена при поддержке РГНФ в рамках исследовательского проекта № 11-03-00038а «Обновление традиций в японской религиозно-философской мысли XIIIXIV вв.»

Перевод Н.Н. Трубниковой по изданию: Буккё: сэйтэн 仏教聖典 («Священные книги буддизма»). Токио, 1974. С.435–438; сверен по изданию: Эсин со:дзу дзэнсю: 心僧都全集 («Полное собрание сочинений Эсин, главы общины»). В 5 т. Хиэйдзан, 1927. С. 303–308.

 

Раздел седьмой

Учу о созерцании, выводящем прочь из мира рождений и смертей

出離生死の観を教う, Сюцури сэйси-но кан-о осю:

 

[435][1] О том, как, применяя благие и достойные способы[2], выйти прочь из круговорота рождений и смертей. Как сказано, нужно, созерцая корень и ствол неведения, отсечь ветви и побеги рождений и смертей: «Ибо если применишь снадобье из того хранилища, что на срединном пути, и успокоишь источник болезни-неведения»[3], [436] то пересохнут реки заблуждений во взглядах и мыслях, потоки замутнений, подобных пыли и песку[4], и тогда увянут ветви пяти помех[5] и десяти зол[6]. Если уничтожишь дурные деяния и ложные страсти, то вовек не испытаешь страданий рождения и смерти. Каковы же способы успокоить этот источник? Как сказано, это созерцание: «Так как наши мысли “пусты”, ни “плохое”, ни “хорошее” не владыки над нами»[7].

<…>

Следует хорошенько понять: «мое сердце» — это сердце, спящее в безначальном неведении, и это спящее сердце основано на просветленном сердце. Поэтому просветленное сердце истинно, а спящее сердце пусто. Если же спящее сердце пусто, то как может быть истинно то, что грезится ему в сновидениях? Если сердце, спящее в неведении, — это и есть пустота в первом значении на срединном пути[8], то откуда же возьмутся сны рождений и смертей двух видов — разрозненных и превращенных[9]? Коль скоро я созерцаю и вижу, что мое собственное порождающее сердце — не владыка, то и порождаемое «плохое» и «хорошее» — не владыки надо мной. Если «плохое» и «хорошее» — не владыки, то все дхармы пусты.

То, что в «Широком наследии»[10] называется словами «нигде не пребывает», на срединном пути называется: «не имеет своей природы». Когда на срединном пути ты заблуждаешься насчет того, что не имеет своей природы, то порождаешь помраченное сердце — сознание алая[11]. Из каждой мысли сознания алая рождаешь шесть сознаний[12] и семь сознаний[13]. Если пойти против течения и вернуться к истоку, то на срединном пути снова придешь к тому, что не имеет своей природы.

То, что не имеет своей природы на срединном пути, — это и есть семя будды. Семя будды — это и есть такая природа, где три тысячи мировых областей вместе и пусты, и временны, и средины. Эта природа — то же самое, что природа будды, тройная причина просветления[14]. А то, что составляет основу трех тысяч областей, именуют неведением. Обретение плодов подвижничества в трех тысячах областей во всех их полноте называют вечной радостью. Если хочешь прорастить семя будды и получить плоды вечной радости, непременно нужно, опираясь на учение Единой колесницы[15] усвоить созерцание того, что не имеет своей природы. Итак, всякий раз, когда пробуждается самое тонкое помраченное сердце[16], шаг за шагом следуй за ним — и вернешься к пустоте и покою!

<…>

Далее: когда ты знаешь, что все дхармы в трех тысячах областей суть не что иное как безначальное едино-мгновенное неведение, ты тем самым как раз и созерцаешь три истины в едином сердце. Граница немыслимого и невыразимого, установленная нашей школой, такова, что внутри каждой мгновенной мысли полностью помещаются три тысячи областей в их основе. Поэтому внутри каждого мгновения мысли полностью содержатся причины и плоды, глупцы и мудрецы, Великая и Малая колесницы, условное и истинное, сам и другой. Эта природа трёх тысяч областей и есть срединная основа; сто миров и три тысячи областей, полностью пребывающие в каждом мгновении в каждой мысли, совпадают друг с другом и все сводятся к одному.

Если не выходишь за пределы этого их совпадения в едином мгновении мысли, то не порождаешь ни природы, ни свойств. Хотя и есть единая мысль, она — не то, что существует; хотя и имеются три тысячи областей, они — не то, в чём она существует. Когда три тысячи областей едины в единой мысли, они совмещаются, но при этом не смешиваются. Когда три тысячи областей едины в единой мысли, они различаются, но при этом не разделяются.

[437] Вот такая единая мысль, вот такие три тысячи областей, и хотя они охватывают собою все миры Дхармы, нигде нет такого места, где бы они пребывали. Им не нужно присутствовать повсюду, им не нужно и всюду отсутствовать. Есть только этот немыслимый и невыразимый, истинно-действительный срединный путь. Хотя двустороннее отрицание упраздняет обе стороны, двойное сияние всякий раз создает пустое и временное[17]. Подобно тому как вода полностью замерзает, становясь льдом, но отдельно от воды никакого льда нет. Если бы воды не было, а лед был, тогда он состоял бы из того, чего нет.

Такова последняя итоговая проповедь нашей школы. Её невозможно понять различающей, измеряющей мыслью. Поэтому мужи, пребывающие в чистоте и славе, замыкают уста; подвижники, чтимые за полноту обетов, хранят молчание. Поистине, хотя основа единственно-действительного срединного пути и помрачается желаниями, но учение, приводящее к четырем видам успехов[18], снова проясняет ее посредством слов и проповедей. Поэтому, взяв толкования смысла у Тяньтая и Мяолэ[19], хочу помочь пониманию того, что значит созерцать три истины.

Если и удаётся отдалиться от трудностей трех видов помех и четырех пород демонов[20], то только благодаря силе этого чудесного созерцания. Все миры Дхармы пусты и чисты, неверно, что они — не основа, не вместилище Татхагаты[21]. При этом мы с безначальных времен и до нынешнего дня живём в телах глупцов, полностью связанные страстями, и хотя пребываем внутри вместилища Татхагаты, но не просветлены, — и ради этой самой основы мучаем себя на ходу, стоя, сидя и лёжа, подобно тому как слепец, владелец большого богатства, сидит посреди сокровищницы и ничего не видит: шарит вокруг себя, натыкается на преграды, и так мучает себя ради своих сокровищ.

<…>

Только совершенные истинные бодхисаттвы обретают ясный взгляд врожденной мудрости и знают, что тела драконов, змей и прочих существ в четырех состояниях[22] — это всё сокровища основы, вместилища Татхагаты. Как сказано в толковании Великого Учителя об основе, вместилище Татхагаты: «Едино-мгновенное сердце — это и есть основа, вместилище Татхагаты, Так Пришедшего будды. Раз “так”, то оно пусто, раз “вместилище”, оно временно, а раз “основа”, оно срединно[23]. Три мудрости содержатся внутри одного сердца, это немыслимо и невыразимо». Именно три истины в едином сердце называют основой, вместилищем Татхагаты.

<…>

Среди трех истин в едином сердце особенно важно связать это сердце с пустотой в первом значении. Ибо блуждающие чувства глупцов глубоко запечатаны там, где существует ложное «я». Приведу гатху из «Скрытой оси»[24]: «Человеческая жизнь — сто лет; чувства многочисленны, и коль скоро уж они выпущены на волю, [438], за один день сердце не вернёшь к пустоте и покою». Итак, иногда созерцание достигает истока и дна — безначального неведения, иногда же высвечивает устье — взгляды, мысли и ложные страсти; рассеивает облака и туманы помрачённых мыслей и может прояснить лунный круг природы сердца. Это называют словами: «стать буддой в нынешнем теле»[25] <…>, это называют словами «направиться прямо к Месту Пути»[26]. Поистине, это ясная жемчужина в узле причёски[27], и сверх того, это наивысшее собрание сокровищ. Таково толкование знаков имени А-Ми-Да, путеводное указание к возрождению в Высшей Радости. Нельзя пренебрегать этим! <…>

 



[1] Цифры в квадратных скобках – номера страниц по изданию: Буккё: сэйтэн. Токио, 1974.

[2] 方便, хо:бэн, тж. «уловки».

[3] Тяньтай Чжии, «Махаянское прекращение неведения и постижение сути» 摩訶止観, кит. «Мохэ чжигуань», яп. «Мака сикан», ТСД 46, № 1911, 341с. Под «снадобьем» понимается созерцание, соединяющее в себе «пустую», «временную» и «срединную» истины. «Успокаивать» здесь — , дзи/осамэру, тж. «подчинять» и «править», «властвовать».

[4] Речь идет о трех видах страстей по учению Тэндай. «Страсти неведения» не позволяют увидеть истинную природу дхарм, «Замутнения, подобные пыли и песку», препятствуют обучению и преобразованию сознания, а «заблуждения во взглядах и мыслях» препятствуют спокойному «пустому» созерцанию.

[5] Пять помех 五逆, гогяку, пять самых тяжких грехов: убийство матери, отца, мудреца, покушение на убийство будды, внесение раздора в общину.

[6] Десять зол 十悪, дзю:аку, — убийство, воровство, прелюбодеяние, ложь, пустословие, злословие, клевета, алчность, гнев, упорство в ложных взглядах.

[7] 我心自空罪福無主, гасин дзику: дзайфуку мусю. Цитируется «Сутра о постижении деяний и Дхармы бодхисаттвы Всеобъемлющая Мудрость», замыкающая «Лотосовую сутру» (觀普賢菩薩行法經, кит. «Фошо гуань Пусянь пуса синфа-цзин», яп. «Буссэцу Кан Фугэн босацу гё:хо:-кё:», ТСД 9, № 277, 392с); пер. А.Н. Игнатовича [Лотосовая сутра 1998, 311]. Выходом из круговорота рождений и смертей здесь считается осознание того, что и злодеяния, и благие дела, как и несчастье, и счастье, полученные по закону воздаяния, — зависят только от самого человека, от его собственного мыслящего сердца. Само по себе сердце пусто, а значит, пусты и созданные им картины миров. Собственно, когда подвижник в созерцании видит все три тысячи мировых областей одновременно, это доказывает, что он мог бы считать свой мир каким угодно (хоть адом, хоть миром людей, хоть Чистой землей будды), для него это создание своего мира — по сути произвольное действие.

[8] «Пустота в первом значении» 第一義空, дайитиги-ку:, — пустота как таковая, в отличие от свойства «быть пустыми», которое приписывается тем или иным явлениям непостоянного мира. Это свойство они получают, коль скоро исходят из пустого сердца и сознаются им же: подобно тому как отражения в зеркале появляются лишь потому, что само зеркало твёрдо и прочно, а поверхность его гладка и чиста.

[9] «Разрозненные», тж. «ограниченные» рождения и смерти (分段生死, бундан сэйси, санскр. париччхеда-джарамарана) — перерождения непросветленных живых существ; по закону воздаяния эти существа проживают жизнь и умирают в одном теле, потом рождаются в другом и т.д. Они избывают последствия своих дурных деяний и не могут выбирать себе следующего тела, среды обитания, срока жизни и т.д. «Превращенные», тж. «непостижимые» рождения и смерти (変易生死, хэнняку сэйси, санскр. паринамики-джарамарана) — перерождения просветленных бодхисаттв; они также происходят по закону воздаяния, но в этом случае бодхисаттвы используют заслуги от своих добрых деяний, чтобы помогать непросветленным существам, и возрождаются в том теле, в том месте и в ту эпоху, которые лучше всего подходят для такого сострадательного подвижничества. В отличие от «разрозненных» рождений и смертей, «превращённые» образуют словно бы одну длящуюся жизнь с единой благой целью. Те и другие рождения и смерти обсуждаются в «Трактате о достижении только-сознания» (成唯識論, кит. «Чэн вэйши-лунь», яп. «Дзё: юисики-рон», ТСД 31, № 1585, 45а). Ниже речь идет о видах сознаний, и эти рассуждания так же отсылают к «Трактату о достижении только-сознания».

[10] 止観輔行伝弘決, кит. «Чжигуань фусин-чжуань гуанцзюэ», яп. «Сикан хогё:дэн-кукэцу», ТСД 46, № 1912 — сочинение Мяолэ Чжаньжаня (см. ниже, прим. 19).

[11] Сознание алая (梨耶, рия) — сознание-вместилище, из которого дхармы исходят и в котором они исчезают.

[12] Шесть сознаний связаны с пятью внешними чувствами и с самоощущением (зрительное, слуховое сознания и т.д.).

[13] Те же шесть сознаний и седьмое различающее сознание.

[14] 三因佛性, санъин буссё:. Под «тройной причиной» понимается единство трёх причин: «прямой, конечной и связанной» (正了縁, сё:рё:эн). По «Сутре о нирване» (涅槃經, кит. «Нэпань-цзин», яп. «Нэхан-гё:», ТСД 12, № 374, 530bc), «природа будды» как «прямая причина» исконно присуща человеку, составляет его внутреннюю основу. «Природа будды» как «конечная причина» — это мудрость Будды, которая освещает весь мир и любого человека. «Природа будды» как «связанная причина» — это добрые дела самого человека, они устанавливают его связь с Буддой и позволяют проявить его исконно-просветленную природу. Достижение просветления обусловлено этими тремя причинами. «Прямая» и «конечная» причины действуют всегда, их не может не быть, а наличие «связанной» зависит от самого человека. Подвижничество нужно, так как без «связанной» причины не действуют и две других.

[15] Единая колесница 一乗, итидзё:, санскр. экаяна. По учению «Лотосовой сутры», нет ни Махаяны, ни Хинаяны, а только эта Единая колесница.

[16] Когда в обычном сознании возникает единичная, мгновенная мысль, какой бы она ни была, можно проследить за ней, двигаясь «против течения», к её истоку, и тем самым прийти к созерцанию пустоты.

[17] Срединный путь отрицает крайности, но он же освещает обе крайности, а значит, снова создаёт и «пустое», и «временное».

[18] Четыре вида успехов , сисицу, тж. 悉壇, сисицудан, санскр. чатвари сиддханта, четыре способа, которыми будда смог проповедать людям свою Дхарму, изначально не выразимую словами. 1) «мирские успехи» 世界悉檀, сэкай сицудан, наставления, приспособленные к пониманию обитателей здешнего мира; 2) «успехи при обращении к каждому из людей» 各各爲人悉檀, какукаку инин сицудан, наставления, рассчитанные на способности и склонности каждого отдельного слушателя; 3) «успехи исправления» 對治悉檀, цуйдзи сицудан, наставления, разрушающие заблуждения и уничтожающие последствия дурных деяний ученика; 4) «успех в первом значении» 第一義悉檀, дайитиги сицудан, наставления, доносящие до слушателя то самое знание, каким обладает Будда. Эти четыре вида успехов перечисляет Чжии в «Махаянском прекращении неведения и постижении сути», ТСД 46, 4с.  

[19] Речь идёт о Тяньтае Чжии (天台智顗, 538–597) и Мяолэ Чжаньжане (妙楽湛然, 711–782) — наставниках школы Тяньтай, особенно чтимых в Японии.

[20] «Три вида помех» 三障, сансё:, — «помехи воздаяния» 報障, хо:сё:, вызванные прежними деяниями; «помехи ложных страстей煩惱障. бонно:-сё:, создаваемые человеком при нынешней жизни, и «помехи деяний» 業障, гё:сё:, они же дурные дела, последствия которых придётся избывать в будущем. «Четыре породы демонов» 四魔, сима — «демоны пяти совокупностей дхарм» 陰魔, имма (см. прим. 8 к статье, предваряющей эту публикацию), «демоны ложных страстей» 煩惱魔, бонно:ма, «демоны смерти» 死魔, сима (различные страхи, связанные со смертью) и «демоны — дети небожителей» 天子魔, тэнсима (страх перед богами или пустые надежды на их помощь). Эти «помехи» и «демоны» обсуждаются у Чжии в «Махаянском прекращении неведения и постижении сути», ТСД 46, 15а, 50с.

[21] «Татхагата», «Так Пришедший» — величание будды. «Вместилище Татхагаты» 如来, Нёрайдзо:, санскр. Татхагата-гарбха, — одно из понятий для обозначения просветленной природы, пребывающей в мире рождений и смертей. Оно близко по значению «природе будды» и «исконной просветленности», и всё же отличается от них. Обычно дальневосточные буддийские наставники говорят о «вместилище Татхагаты» в человеке (и любом другом непросветленном существе) как о «зародыше будды» или «чреве», в котором этот зародыш вызревает. Здесь понятие Нёрайдзо: употреблено в необычном значении: не применительно к отдельному существу, а применительно к миру, где это существо обитает. Подвижнику следует в данном случае не искать внутри себя «зародыш будды», а осознать себя как находящегося внутри «вместилища будды».

[22] На ходу, сидя, стоя и лёжа.

[23] «Махаянское прекращение неведения и постижение сути», ТСД 46, 10 b–с. Здесь словосочетание如来蔵理, Нёрайдзо:-ри, членится на части так, чтобы показать соотнесение с «тремя истинами». «Так» , нё:, соответствует «пустой истине», «вместилище» , дзо:, — «временной», а «основа» , ри, — «срединной». Перед нами тот же самый ход рассуждений, что и в случае соотнесения трех истин с тремя знаками имени Амида, только вместо имени одного из будд берется величание будды как такового.

[24] «Скрытая ось созерцания сердца» 觀心玄樞, кит. «Гуаньсинь сюань шу». Текст помещен в «Новоизданном дополнительном собрании сутр», 卍新纂續藏經, «Мансинсан дзокудо:кё:», том 65, № 1290, 428а. Гатха: 人生百。情多放逸。不如一日。歸心空寂.

[25] 即身成仏, сокусин дзё:буцу; стать буддой при этой земной жизни.

[26] 直至道場, дзикиси до:дзё:, цитата из «Лотосовой сутры», гл. III, «Сравнение», ТСД 9, 15а; пер. А.Н. Игнатовича [Лотосовая сутра 1998, 131]. «Место Пути» — то, где проповедует Будда; в сутре «направиться» к этому месту означает избавиться от всех помех, быть готовым к пониманию Дхармы как она есть.

[27] Отсылка к «Лотосовой сутре» (гл. XIV, «Спокойные и радостные деяния», ТСД 9, 38с): см. [Лотосовая сутра, 220–221]. Царь после удачного похода оделяет своих воинов разными наградами, только жемчужину из своего венца никому не дарит, ибо она подобает только царю. Но, увидев самого доблестного воина, царь отдает ему жемчуг.

 

Лотосовая сутра 1998 — Сутра о бесчисленных значениях. Сутра о Цветке Лотоса Чудесной Дхармы. Сутра о постижении деяний и Дхармы бодхисаттвы Всеобъемлющая Мудрость. Издание подготовил А.Н. Игнатович. М., 1998.

ТСД — 大正新脩大藏經 Тайсё: синсю: дайдзо:кё: («Большое хранилище сутр, заново составленное в годы Тайсё:») Т. 1–100, Токио, 1960–77.

 

Сайт создан в системе uCoz